История Чемпионатов Мира. Бразилия 1950

После Второй мировой войны Бразилия возродила Чемпионат Мира, превратив его в карнавал, однако праздник для хозяев был испорчен благодаря блестящей тактике.

Когда большая часть Европы лежала в руинах, именно Бразилия пришла на помощь ФИФА и предложила взять в свои руки проведение Чемпионата Мира после 12-летнего перерыва, вызванного Второй мировой войной. В истинно бразильском стиле южноамериканцы были полны решимости устроить самое яркое и зрелищное футбольное представление в истории, а для этого им требовалось построить величайшую спортивную арену мира.

И они это сделали. Маракана, спроектированная командой из семи бразильских архитекторов, стала крупнейшим футбольным стадионом, когда-либо построенным. Именно здесь должен был пройти первый матч хозяев турнира и, согласно сценарию, написанному заранее 52 миллионами бразильцев, их конечная победа. Заняв третье место на Чемпионате Мира 1938 года в Италии, одержимая футболом нация была абсолютно уверена, что на этот раз их любимая национальная сборная дойдёт до конца и впервые в истории поднимет над головой заветный трофей Чемпионата Мира.

Теперь знаменитая золотая статуэтка была официально переименована в Кубок Жюля Риме, чтобы отпраздновать возвращение престижного турнира ФИФА, а также отметить 25-летие президентства Жюля Риме.

То, что трофей всё ещё существовал и мог быть завоёван, во многом благодаря доктору Отторино Барасси из Итальянской Футбольной Федерации. Барасси тайно забрал его из банка в Риме и спрятал в коробке из-под обуви под своей кроватью на протяжении всей войны, спасая от попадания в руки оккупационных нацистских войск.

Вместе со своим стадионом мирового класса Бразилия в своём предложении включила значительное изменение формата турнира.

Возврат к групповому этапу

Стремясь окупить часть расходов, потраченных на новые объекты и инфраструктуру, организаторы решили вернуться к групповому этапу, как это было в Уругвае в 1930 году. После этого победители четырёх групп выходили в финальный пул, где каждая команда играла с каждой по одному разу. Страна, лидировавшая в таблице по итогам последней игры, объявлялась чемпионом. Несмотря на первоначальное сопротивление ФИФА, настойчивость Бразилии в итоге принесла плоды. Групповые матчи означали больше игр и больше доходов от продажи билетов. Это также гарантировало каждой команде как минимум три матча, избавляя от риска вылета после всего одной игры.

ФИФА надеялась, что такой формат привлечёт больше интереса со стороны Европы и решит проблему, которая преследовала первые три Чемпионата Мира. В 1930 году в Уругвай приехали всего четыре европейские команды, в то время как южноамериканские сборные проявляли такую же неохоту пересекать Атлантику, когда турнир проводился в Европе. Дополнительной проблемой для руководящего органа футбола стало то, что мировая футбольная карта значительно изменилась после войны. Оккупированные Германия и Япония были отстранены, в то время как большинство восточноевропейских сборных за «железным занавесом» предпочли не участвовать.

Разногласия продолжаются

Новый формат требовал участия 16 команд, и на квалификацию заявилось 34 сборные. Однако к моменту приближения старта турнира в Бразилию приехали лишь 13 команд — ФИФА вновь столкнулась с проблемами набора участников. Среди громких отказов — Аргентина, снявшаяся из-за разногласий с бразильцами, и Франция, которая отказалась ехать, когда жеребьёвка свела её групповые матчи на расстоянии 3200 км друг от друга. Четвертьфиналисты 1938 года сочли такие переезды между играми несправедливой дополнительной нагрузкой в дополнение к долгому пути из Европы.

Впрочем, было и немало позитивных новостей. Чемпионы 1930 года уругвайцы наконец-то участвовали на втором Чемпионате Мира, а этот турнир стал первым с действительно хорошим балансом между европейскими и южноамериканскими сборными — шесть европейских команд успешно прошли квалификацию и прибыли. Особенно примечательно, что среди них была Англия: после того как британские ассоциации завершили свой бойкот ФИФА, они решили использовать Домашний Чемпионат Великобритании (прим. — турнир с участием сборных четырёх стран Великобритании — Англии, Шотландии, Уэльса и Ирландии) 1949/50 в качестве отборочного турнира.

Шотландия квалифицировалась… и отказалась ехать

Англия заняла первое место и должна была дебютировать на финальной стадии Чемпионата Мира, в то время как занявшая второе место Шотландия также прошла отбор. Однако в странной позиции председатель Шотландской футбольной ассоциации Джордж Грэм остался верен своим смелым заявлениям, сделанным ещё до квалификации: он настаивал, что Шотландия поедет в Бразилию только в качестве чемпионов Великобритании. Несмотря на все попытки капитанов Англии и Шотландии — Билли Райта и Джорджа Янга — переубедить его, упрямый Грэм снял шотландцев с турнира.

Ещё более странные обстоятельства привели к тому, что в последний момент выбыла и Индия. Попавшая на турнир только благодаря отказам Бирмы, Филиппин и Индонезии, она была жеребьёвкой определена в Группу 3, где должна была встретиться с Парагваем, Швецией и действующими чемпионами — Италией. Как и Франция. Индийцы в качестве главной причины называли расходы на поездку, хотя, по слухам, ещё одним фактором стало правило ФИФА, запрещавшее играть босиком — так, как индийцы выступали на Олимпиаде 1948 года.

Бразильцы триумфально возвращаются

В Группе 1 хозяева турнира открыли соревнования в типично ослепительном стиле. Относительно не затронутая войной Бразилия была полна уверенности и подпитывалась ощутимым ажиотажем в Рио-де-Жанейро, тогдашней столице, перед открывающим матчем на Маракане.

В предыдущем году Бразилия уверенно выиграла Чемпионат Южной Америки по футболу на своём поле. В лиговом формате они одержали победу в шести из семи матчей, забив феноменальные 39 голов и пропустив всего семь. Парагвай занял второе место с худшей разницей мячей. С семью голами на том турнире нападающий Васко да Гама Адемир уже стал известной фигурой для южноамериканской публики. И вскоре бразильский номер девять (это был первый Чемпионат Мира, где были введены номера на футболках), с его заметной нижней челюстью, представит себя всему миру, забив два гола в разгромной победе Бразилии над Мексикой со счётом 4:0.

Но первые признаки того, что не всё пойдёт по плану бразильцев, появились четыре дня спустя в Сан-Паулу. Швейцарцы, хорошо восстановившиеся после стартового поражения 0:3 от Югославии, сумели сыграть вничью с хозяевами 2:2 благодаря двум голам Жака Фаттона. А всего через несколько часов югославы разгромили Мексику 4:1 в Порту-Алегри. Таким образом, первое настоящее испытание нервов для Бразилии должно было произойти в решающем матче группы в Рио.

Ничья устраивала команду Югославии под руководством Милорада Арсениевича, у которой был реальный шанс разбить сердца 142 тысячам зрителей, заполнившим Маракану. Им не дали никаких поблажек: нападающий Райко Митич, выходя из туннеля, ударился головой о металлическую балку. Получив глубокий разрез, он был вынужден пропустить первые 20 минут матча, чтобы получить медицинскую помощь, и даже не знал, что уже на третьей минуте Адемир вывел бразильцев вперёд, — об этом ему сообщили товарищи по команде только в перерыве.

После перерыва Митичу не удалось вдохновить партнёров, и Бразилия увеличила преимущество до 2:0 благодаря голу атакующего полузащитника Фламенго Зизиньо. Несмотря на достойное сопротивление, югославы отправились домой, а Бразилия, к всеобщему облегчению, вышла в следующий раунд.

Катастрофа Англии

Тем временем в Группе 2 происходила одна из самых громких сенсаций в истории мирового футбола. Как единственные дебютанты турнира, от сборной Англии под руководством Уолтера Уинтерботтома ждали многого. С такими громкими именами, как Том Финни, Стэнли Мэттьюз и Билли Райт, англичане считались одними из главных фаворитов. Никто не верил в это сильнее, чем сами англичане, которые давно считали свою команду лучшей в мире, несмотря на упрямое нежелание официально это доказывать.

Их кампания началась относительно легко: победа со счётом 2:0 над Чили в Рио благодаря голам Стэна Мортенсена из Блэкпула и Уилфа Мэнниона из Мидлсбро.

В то же время в Куритибе Испания обыграла частично любительскую сборную США со счётом 3:1. Американцев тренировал шотландец Билл Джеффри, который изо всех сил старался привить только что собранной команде организованность и дисциплину перед лицом гораздо более талантливого соперника. Это почти сработало: за десять минут до конца американцы вели 1:0, но три гола за восемь минут позволили испанцам вырвать победу.

Во главе с нападающим Тельмо Саррой Испания считалась единственной командой в группе, способной создать проблемы Англии, хотя сборную, которую называли «Королями футбола», всё равно считали явными фаворитами, которые без особых хлопот выйдут в финальный пул. Возможно, именно поэтому, с прицелом на потенциальный решающий матч в группе, и произошло то, что случилось 29 июня в Белу-Оризонти.

Без Мэттьюза, лучшего игрока сборной Англии, оставшегося на скамейке запасных, подопечные Джеффри с самого начала оказались под мощным давлением: вся атакующая мощь англичан обрушилась на ворота вратаря Фрэнка Борги.

Перед матчем Джеффри признался, что его игроки — это овцы, готовые к закланию, а английские газеты в шутку предлагали дать сопернику фору в три гола. В итоге им дали один. Как и в игре с испанцами, американцы неожиданно повели в первом тайме: на 38-й минуте Джо Гатьенс сумел переправить в ворота Берта Уильямса дальний удар Уолтера Бара.

Каким-то образом американцы удержали своё преимущество до перерыва. Пока со стадиона Индепенденсия распространялись новости, к началу второго тайма толпа зрителей, изначально составлявшая 10 тысяч человек, заметно выросла. Те, кто пришёл, стали свидетелями спортивной истории, которую позже в США окрестили «чудом на траве». Пока Борги раз за разом спасал свои ворота, именно англичане чувствовали себя неловко.

В последние минуты, когда команда Уинтерботтома бросала в атаку всё, что могла, американцы даже были близки к тому, чтобы удвоить счёт. Только вынос мяча с линии ворот будущим тренером сборной Англии Альфом Рэмзи помешал Фрэнку Уоллесу сделать счёт 2:0. Но это уже не имело значения: США удержали победу и записали на свой счёт знаменитый триумф. Ошеломлённые и униженные англичане смотрели, как автора гола Гатьенса уносили с поля на руках местные болельщики.

Результат был настолько неожиданным, что когда новость дошла до Англии, многие решили, что счёт 0:1 — это опечатка в газете и что матч наверняка закончился 10:1. Однако через три дня сомнений уже не осталось: англичане отправлялись домой. Тельмо Сарра снова отличился, забив единственный гол, и Испания прошла дальше за счёт победы со счётом 1:0 в Рио, завершив тем самым унизительный опыт для чрезмерно самоуверенной и плохо подготовленной сборной Англии.

Корона соскользнула

В Группе 3 Италия не смогла защитить свой титул. Это уже не была та всепобеждающая итальянская машина тридцатых годов — целое поколение талантов было отнято трагедией, которая потрясла итальянский футбол за год до этого.

Авиакатастрофа в Суперге 4 мая 1949 года унесла жизни всех членов чемпионского состава Торино: самолёт итальянской авиакомпании, возвращавшийся из Лиссабона после товарищеского матча с Бенфикой, врезался в насыпь у базилики Суперга — купольной церкви на вершине холма. Погибли все 31 человек на борту, включая руководство команды, экипаж авиакомпании и сопровождавших журналистов.

Итальянский футбол погрузился в траур, а национальная сборная оказалась сильно обескровленной. «Il Grande Torino» [Великий Торино] сороковых годов доминировал в Италии, выиграв пять чемпионатов Серии А подряд и составляв основу Скуадры Адзурры. Понятно, что потрясённые чемпионы мира долго колебались, стоит ли вообще участвовать в Чемпионате Мира 1950 года. В итоге они всё же согласились, но, в отличие от европейских соперников, отказались от перелёта и отправились в Бразилию морским путём.

Несмотря на отчаянные усилия команды, в которой теперь осталось всего двое игроков из Торино, они потерпели поражение в стартовом матче со счётом 2:3 от Швеции. Под руководством Джорджа Рейнора шведы уже двумя годами ранее продемонстрировали растущий талант, завоевав золотые медали на Олимпийских Играх 1948 года в Лондоне.

Нуждаясь всего в одном очке для выхода дальше, шведы сыграли вничью 2:2 с Парагваем, из-за чего заключительный матч группы стал формальностью. Тем не менее Италия обыграла парагвайцев со счётом 2:0, позволив Бразилии завершить групповой этап с высоко поднятой головой, но 16-летнее правление Италии в качестве обладателей Кубка Мира подошло к концу.

Голы льются рекой

Вернувшийся Уругвай завершил состав финального пула, уверенно разгромив своего единственного соперника по Группе 4 Боливию со счётом 8:0. Из-за неполного состава финального этапа благоприятная жеребьёвка уругвайцев могла обернуться недостатком. Не только потому, что Боливия была одной из слабейших команд турнира, но и потому, что им пришлось ждать целую неделю до начала своей кампании.

В отличие от соперников, у них не было серьёзной игровой практики. Тем не менее они прошли дальше в стиле, схожем с хозяевами турнира, включая хет-трик Оскара Мигеса.

Когда четвёрка сильнейших определилась, турнир в последнюю неделю вышел на новый уровень. Голов было в изобилии, особенно от игроков в белой форме — бразильцев. Будущий обладатель Золотой Бутсы Адемир добавил ещё четыре гола, Чико забил дважды, а Манеко отметился своим единственным голом на турнире, когда Маракана увидела свою самую крупную победу на тот момент — разгром сборной Швеции со счётом 7:1. А когда четыре дня спустя они под руководством вдохновлённого Зизиньо разгромили Испанию 6:1, стало понятно, почему нация-хозяйка, переполненная восторгом и страстью, уже провозглашала Бразилию победителем, хотя оставался ещё один матч.

Но их южноамериканские соперники держались изо всех сил. После ничьей 2:2 с Испанией Уругвай в Сан-Паулу на стадионе Пакаэмбу проигрывал Швеции 1:2 за 13 минут до конца матча. После хет-трика в стартовом матче против Боливии Мигес выбрал идеальный момент, чтобы добавить ещё два гола в свой турнирный актив, забив победный мяч на 85-й минуте. В итоге Бразилия возглавила группу с четырьмя очками, а Уругвай занял второе место с тремя очками — и первый (и единственный) Чемпионат Мира без официального финала получил финал по сути.

16 июля 1950 года мир стал свидетелем самой большой аудитории в истории футбола: около 200 000 человек набилось на Маракану (строительство стадиона полностью завершится лишь через 15 лет), ожидая не меньше чем знаменитой победы бразильцев. Хозяевам турнира хватило бы и ничьей, но переполненные трибуны прекрасно знали: команда, забившая 22 гола всего в шести матчах, ни за что не удовлетворится ничьей — особенно против той самой Уругвайской сборной, которая с трудом прошла того же соперника и которую годом ранее Бразилия разгромила 5:1 в Чемпионате Южной Америки, который проводила у себя.

Бразилия ждёт

Улицы Рио гудели от предвкушения: болельщики размахивали флагами и держали транспаранты, провозглашавшие их команду победителями. Утренние газеты напечатали фотографию сборной Бразилии под заголовком «Чемпионы Мира». Фанаты, СМИ и политики страны не собирались ждать всего 90 минут, чтобы отпраздновать свою первую победу на Чемпионате Мира.

К несчастью для них, они сильно недооценили уругвайскую «гарру». Буквально переводимое как «коготь», это слово стало синонимом той уругвайской команды, символизируя их упорство, смелость и решимость вопреки всему. Никто не воплощал этот дух так ярко, как капитан Обдулио Варела. Увидев утром в день финала самонадеянные заголовки в газетах, он скупил все имевшиеся в отеле экземпляры и разложил их на полу в ванной. Затем он призвал товарищей по команде помочиться на них.

Учитывая размеры и форму Мараканы, финалисты, должно быть, чувствовали себя как в аквариуме с золотыми рыбками — невозможно было укрыться от безумной карнавальной атмосферы, окружавшей их со всех сторон. Но если бразильцы и нервничали, то в первые минуты матча они этого никак не показывали: они обрушили на соперника серию атак через привычные для себя коридоры — Адемир, Чико и лучший игрок турнира Зизиньо.

Мастер тактики

Тренер сборной Уругвая Хуан Лопес вдохновился тактикой Швейцарии, показанной ранее на турнире. Единственная команда, сумевшая отобрать очко у Бразилии, сделала это, глубоко отходя назад без мяча. Лопес дал указание своей команде поступить точно так же — и тактика сработала: хозяева поля были раздражены, а команды ушли на перерыв при счёте 0:0.

Крепкая хватка была сломана вскоре после возобновления игры. Адемир вывел Фриасу на свободную позицию в штрафной, и тот без особых проблем пробил мимо Роке Масполи. Однако уругвайский вратарь не растерялся и в классическом примере игр разума намеренно затянул возобновление игры, вступив в спор с судьёй по поводу решения засчитать гол. Было ли у него искреннее убеждение, что Фриаса находился в офсайде, уже не имело значения; целью Масполи было дождаться, пока толпа успокоится и шум стихнет, чтобы его команда смогла дать ответ.

И они ответили. Воодушевлённые своим вдохновляющим капитаном Варелой, уругвайцы отказались сдаваться. Правый вингер Альсидес Гиджа обошёл своего оппонента Бигоде и выполнил прострел, который завершил точным ударом Хуан Скьяффино, сравняв счёт на 66-й минуте. Маракана занервничала, и это беспокойство трибун передалось на поле.

Разбиватель сердец Гиджа

Уругвай почувствовал смятение бразильцев и продолжил давить в поисках драматичного победного гола. За 11 минут до конца они его добились. Снова это был Гиджа: во второй раз он обыграл измученного левого защитника Бигоде, но на этот раз вместо прострела решил пробить. Удар с очень острого угла оказался слишком мощным для вратаря Барбосы, который, ожидая очередную подачу в центр, пропустил мяч у ближней штанги.

Десять минут спустя английский арбитр Джордж Ридер дал финальный свисток, и немыслимое стало реальностью. Самая большая в мире толпа на стадионе погрузилась в полную тишину, а всю страну охватило неверие. Великий день Бразилии завершился невообразимым, невозможным отчаянием.

Национальный праздник превратился в национальную трагедию. Даже президент ФИФА Жюль Риме был ошеломлён исходом — его поздравительная речь была заранее написана на португальском языке. Вместо этого он остался один на поле с трофеем, все послематчевые церемонии были отменены. В итоге появился Варела, чтобы принять кубок — второй титул Уругвая, сохранивший их стопроцентный рекорд на Чемпионатах Мира.

Национальный позор

Для Бразилии этот результат остался в памяти надолго. Многие опозоренные игроки вскоре завершили карьеру, а белая форма сборной Бразилии, которую объявили непатриотичной и проклятой, была навсегда отправлена в утиль — на смену ей пришла знаменитая ныне жёлтая. Термин «Мараканасо», родившийся после того поражения, до сих пор в Южной Америке означает победу аутсайдера над явным фаворитом.

Даже футбольная нация, которая впоследствии станет самой успешной командой в истории Чемпионатов Мира, никогда не забудет этот день в Рио.

ИНТЕРВЬЮ

Уолтер Бар

Когда в 1950 году в Белу-Оризонти сборная США обыграла могущественную сборную Англию со счётом 1:0, это стало одной из самых крупных, если не самой крупной, сенсаций в истории финальных стадий Чемпионатов Мира. Здесь ключевой игрок той победной команды, полузащитник Уолтер Бар, вспоминает день своей сборной под бразильским солнцем…

От занятий спортом можно многому научиться, но то, чему я научился, обыграв Англию в 1950 году — это то, что лучшая команда не всегда побеждает. Знаете, иногда аутсайдер уходит победителем, и ты даже не совсем понимаешь, как это вообще произошло.

Лично я считаю, что мы были немного лучше, чем нас оценивали большинство людей. Как команда мы никогда не имели роскоши провести хоть сколько-нибудь тренировок вместе до начала Чемпионата Мира, но мы хорошо знали друг друга и у нас хватало крепких связок по всему полю — двое здесь, двое там и так далее — что помогало нам стать гораздо более слаженной командой.

У нас были Эд Соуза и Джон Соуза — они не были родственниками, но на левом фланге у них было настоящее взаимопонимание. На правом фланге играли Фрэнк Уоллес и Джино Париани из Сент-Луиса — они играли вместе ещё детьми и знали игру друг друга наизусть. В полузащите были я и Эд МакИлвенни — мы тоже играли вместе в Филадельфии. Именно эти маленькие связки и давали нам фундамент.

А впереди у нас был Джо Гатьенс. Джо был с Гаити — один из трёх иностранцев в команде, которые собирались стать гражданами США — и он был одним из тех нападающих, которые очень акробатичны. Иногда он забивал такие голы, что ты просто диву давался, как ему это удавалось. Знаете, бывает много центральных нападающих, которые вроде и не кажутся такими уж классными, но постоянно находят способ забить. Джо был примерно таким.

Наш первый матч в 1950 году был против Испании, и я считаю, что это была наша лучшая игра из трёх в Бразилии. Мы вели 1:0 всего за восемь минут до конца, но потом случился спорный эпизод, который привёл к их первому голу. Но в те времена никто не играл на ничью или на удержание времени — играли только на победу. Поэтому мы снова пошли вперёд, атаковали, и это обернулось против нас — мы проиграли 1:3.

Но матч против Англии в Белу-Оризонти был совсем другим. Без вопросов, они были явными фаворитами в той игре, но большинство своих моментов они создали в первые 20 минут. Они пару раз попадали в перекладину, а наш вратарь Фрэнк Борги провёл выдающийся день. При этом нельзя сказать, что у него было много прямых ударов по воротам, которые он отражал, — скорее он просто очень хорошо контролировал свою штрафную: уверенно брал все навесы и перехватывал множество мячей, которые могли бы дать англичанам шанс.

Нам повезло с голом. Я пробил примерно с 23 метров, но когда Берт Уильямс в воротах двинулся вправо, чтобы взять мяч, Джо Гатьенс сумел зацепить его головой настолько, чтобы изменить направление полёта — и мяч отскочил в противоположный угол ворот. Это был не красивый гол, но очень важный. Все голы засчитываются.

Не поймите превратно: Англия по-прежнему владела преимуществом в игре, но я не припомню, чтобы у них были какие-то по-настоящему опасные моменты. И в концовке мы точно не сидели в глухой обороне. Оглядываясь назад, можно сказать, что у них была более сильная команда и больше возможностей, но, видимо, нам просто очень везло с отскоками — всё шло в нашу пользу.

Но каждый смотрит на игры по-своему. Наш центральный защитник Чарли Коломбо, например, был настоящим жёстким парнем и всегда говорил, что мы должны были обыграть Англию с разницей в три гола. И он говорил это серьёзно. Чарли был из тех игроков, кто не вышел бы на поле, если бы не был уверен в победе. Ему было наплевать, против кого играть. Его установка была: «Мы можем надрать задницу этим лузерам».

Для нас тогда это не ощущалось как какая-то великая сенсация, но со временем история только разрасталась. Я знаю, что в Англии до сих пор ненавидят вспоминать тот матч, но в этом и прелесть спорта, верно? Никогда не знаешь, что может случиться. Какой смысл играть в игру, если заранее известно, кто победит?

Когда мы выбыли из турнира после поражения 2:5 от Чили в третьем матче, нас выпроводили домой как можно быстрее — рассадили по первым попавшимся рейсам, на которые нашлись места, потому что деньги всегда были в обрез.

Когда я вернулся в аэропорт Нью-Йорка, там не было никакой толпы, чтобы меня встретить. Только моя жена приехала из Питтсбурга, чтобы забрать меня. Я не уверен, что кто-то вообще понимал, что мы тогда натворили. Теперь-то понимают.